Жизнь после дома

Российская газета-Неделя №6762 (191) от 27 августа 2015 г.
m.rg.ru/2015/08/27/socdom.html

 

Кто не боится одинокой старости? Стакан воды, который некому подать, ничто по сравнению с жестокостью "черных риелторов". Шансы умереть под забором, если ты бобыль да еще владеешь квадратными метрами, велики. Недавно мы писали о частном доме престарелых во Владимирской области, где стариков буквально морили голодом. И сдавали их в этот концлагерь "любимые" внуки, поселившись в ветеранских квартирах. Неужели выхода нет?

Социальный дом, что в московском районе Марьино, самый молодой. Девятиэтажка не совсем обычной планировки. Квартиры с эркерами. Внизу двухэтажная пристройка. Столовая, магазин и парикмахерская. Дом окружен забором, по которому вьются густые заросли винограда. Лавочки, беседка. В доме 100 квартир. И во всех проживают старики и старушки. Я попал, скорее, в современный дом отдыха, чем в богадельню. Но взамен надо отдать городу свою квартиру.

 

Вход в столовую из корпуса по ключу. Это потому, что пообедать здесь может каждый. Двери на улицу открыты. Салат — 40 рублей. Борщ — 80. Котлета с пюре — 130. И компот. Но проживающим здесь скидка 10%. И лучшие столики возле окошек тоже для них. Там я познакомился с Валерием Гелютой.

- Я знаю практически все языки мира, — доверительно сообщил мне Валерий Евгеньевич. — Приходите ко мне в гости! Я вам на гитаре сыграю! Вот только пообедаем.

У Валерия оказался настоящий "Гибсон". Два уникальных ламповых "усилка". Целая домашняя студия. Как только седовласый рокер взял первый аккорд, я понял, что песня "Не стареют душой ветераны" не из его репертуара. Для таких песен есть штатный баянист-культработник. А тут Валерий врезал "Дым над водой" "Дип Перпл". Да так, что рыбки в аквариуме замерли.

Валерий живет на 1-м этаже. Где селят инвалидов-колясочников. Квартиры здесь с широкими дверями и специальными санузлами. Валера тоже инвалид. Но он продолжает работать переводчиком в очень серьезной конторе. Так уж случилось, что он остался один. Прочитал в газете об эксперименте. И сдал городу свою "однушку" в престижном районе в обмен на квартиру в социальном доме.

- А мы тут уже и свадьбу сыграли, — рассказывает мне моя провожатая. — Они жили на одной лестничной площадке. Познакомились, когда она за солью зашла. Потом был медленный танец на новогоднем "Голубом огоньке". В ЗАГСе удивились, когда увидели паспорта. Молодым давно было за семьдесят. Потом они жили душа в душу. То у него, то у нее. Сначала ушла она. А через месяц не стало и его. Любовь...

Да, здесь, как и на всем земном шаре, умирают. Сначала в холле первого этажа вешали некрологи. А потом перестали. Зачем бередить душу?

Кстати, почти все постояльцы уже сделали соответствующие распоряжения насчет своего погребения. Одна татарская бабушка написала целый фолиант, в какую мечеть ее везти и на каком кладбище хоронить. Может сложиться впечатление, что здесь только и ждут смерти? Ничуть! Последней умершей было 102 года! Смертность в социальном доме на порядок (то есть в 10 раз) ниже, чем в городе. Ведь здесь кроме здорового питания, регулярных занятий ЛФК на тренажерах, соляной камеры, кислородотерапии, кабинета психологической разгрузки еще существует круглосуточный патронажный уход. Медсестра и врач из соседней поликлиники. А еще охрана и тревожная кнопка, которая спасла не одну жизнь.

Над столовой, медблоком и магазином раскинулся зимний сад. Он же и актовый зал. Ковровые дорожки, пальмы, камин, где проводит свои посиделки поэтический клуб "Жемчужинка". Там же в мраморном холле стол для русского бильярда и на террасе настольный теннис. Между прочим, по вечерам режутся старички и старушки с азартом, достойным Марии Шараповой.

А пока я услышал иные возгласы. Бабушки играли в лото на деньги. Десять копеек кон. Мелочь в банк они доставали из старинных кожаных кошельков с хромированными застежками. Одна из них — Светлана Романова — первая, кто в 2003 году переступил порог этого дома.

- Не страшно было? Все-таки отдаешь квартиру навсегда. Лишаешься, так сказать, гарантированной подушки безопасности...

- Мы с мужем долго думали. Тут ведь что страшнее? Расставание с соседями, со средой, в которой ты прожил долгие годы. Мы как решили: случись что с нами — никто ухаживать не будет. А квартира — ее ведь с собой не возьмешь.

Но не все постояльцы одиноки. На лавочке под завитками винограда я познакомился с Алексеем Пресновым. Бывший завмаг, он переехал с супругой в социальный дом. У него взрослый сын и невестка. Как они отнеслись к решению Алексея Алексеевича?

- Проблемы были, — хмурится пенсионер. — Квартиру все хотят получить. А вот ответственности никакой. И мы с женой приняли решение. И не жалеем.

- На что жалуетесь?

- Экскурсий мало.

- Ну как же мало! — вступает в разговор моя сопровождающая. — И на пароходике катались, и на Поклонную гору ездили. Сейчас на ярмарку меда в Коломенское поедем. Записывайтесь, а то мест в автобусе не останется!

За квартиру проживающие не платят. Ни за свет, ни за воду, ни за отопление. Исключение — телефон. Парикмахерская вообще бесплатно. Как и прачечная. Медобслуживание, бильярд и теннис тоже на халяву. Плюс соляная пещера и прочие медицинские радости.

Вы удивитесь: по всему двору расставлены удобные чистые лавки. Но нет! Наши бабушки со своими клюками непременно собираются у стеклянных раздвижных дверей. Пусть и тяжело им стоять (лавок тут нет), но место встречи изменить нельзя! Будь то Бутово, Замоскворечье или социальный дом в Марьино.

А вы знаете, почему на самом деле идут сюда пенсионеры, оставляя свое "несметное сокровище" — квартиру — городу? Не дай бог, тебя "кондрашка" хватит, а ты здесь в надежных руках. Тебя и покормят, и белье переменят, и уколы сделают.

- Мы гарантируем пожизненный уход за нашими проживающими, — говорит гендиректор ГУП "Моссоцгарантия" Наталья Бухтоярова. — Никто никогда никого здесь не предаст. Не сдаст в "психушку", как пугают разные интернет-ресурсы. Люди живут достойно. И долго, что важно.

И напоследок еще про одну встречу.

- Сколько вам лет?

- А сколько дадите? 29! — заявила кокетливая Мария Николаевна Шихлевич. — Только читайте наоборот!

Она написала стихи о своем доме. Не хочу говорить о последнем доме, но это так. Человек смертен, даже если он здоров. Так не будем думать о печальном.

Жаль, что социальные дома растут только в Москве. Может, есть смысл поднять эту тему на общероссийский уровень? Эй, вы, там, наверху, не думайте, что молодость будет вечной.